Мы возвращаемся к рубрике «врачи из регионов». Сегодня мы поговорили со специалистом, знаменитым в Тюмени. Хирург высшей категории, мастер преображения лиц и тел, он не сразу пришёл в эстетическую медицину. Однако сегодня является одним из ведущих специалистов в своем регионе. Как он проводит операцию по созданию спортивного животика и узкой талии? Какая была первая операция и приходится ли корректировать ошибки других хирургов?

Корр.: Вы изначально хотели стать медиком?

Алексей Нуриев: Да, я с 4-х лет знал, что буду врачом. К поступлению в вуз готовился с подросткового возраста. Как задумал стать хирургом, так и сделал. С первого курса стал работать в больницах, которые дежурили по экстренной хирургии. Научил меня всему Игорь Викторович Редикульцев, за что ему очень благодарен.

Корр.: Какой была ваша первая операция?

Алексей Нуриев: Это было удаление аппендицита. Помню еще самую сложную операцию, когда пришлось работать с пациенткой с гигантской грыжей. Дефект был огромным — 22 см, так что было просто сложно сшить переднюю линию брюшной стенки. Потребовался целый комплекс манипуляций, на которые ушло 11 часов.

Корр.: Но сейчас вы не общий, а пластический хирург…

Алексей Нуриев: Да, мне нравится пластическая хирургия. Это моя ступень развития. В какой-то момент я осознал, что надо куда-то двигаться. Я глубоко уважаю коллег, у которых в работе всё так же горят глаза, а не просто всё делается по привычке. Есть такой термин — «профессиональное выгорание». Бывает два случая. Первый — когда работаешь годами, устаешь и просто уходишь из дела. Второй — когда много работаешь, перестаешь получать от этого удовольствие, но вместо ухода стараешься попробовать новое направление. Вот так было и со мной.

Корр.: Мы уже знаем имя вашего наставника в общей хирургии. А кто «вёл» вас по пути пластической хирургии?

Алексей Нуриев: Это доктор из Владикавказа Казбек Кудзаев. Мой друг и наставник. У него я учился, освоил даже передовую методику формирования узкой талии. Если раньше можно было получить тонкую талию только за счет удаления нижних ребер, то Казбек Урусханович, будучи еще и опытным травматологом, предложил инновационный способ — надлом ребра и изменение его угла.

Корр.: Чем вас привлекла такая операция?

Алексей Нуриев: Пациенты идут на операцию не в клинику, а выбирают изначально врача. Так и я хотел научиться всему у Кудзаева. Поэтому я отправился к нему на учебу, хотел узнать его как специалиста, как он работает. Я целенаправленно отправился обучиться именно этому, а методика создания узкой талии — это уже как бонус, если можно так сказать.

Корр.: И на сколько же меньше можно сделать талию таким образом? Сохранятся ли новые параметры, если девушка поправится?

Алексей Нуриев: Этот вопрос не имеет однозначного ответа. Почему? Потому что у каждой пациентки результаты индивидуальны и зависят от анатомического строения тела.

Что касается сохранения результата, то это ответственность пациента. Талия может увеличиться, если вы наберете большой вес. Но тогда изначально спросите себя — стоит ли идти на операцию, если вы потом не планируете поддерживать достигнутый эффект?

Корр.: А к вам приходят на повторные операции после других хирургов? Жалуются на ваших коллег?

Алексей Нуриев: Я взял за правило не обсуждать то, что говорят или делают другие доктора. Не потому что я поддерживаю корпоративную этику. Дело в том, что пластическая хирургия — это хрупкие и в каком-то смысле эфемерные понятия идеального результата из-за субъективного взгляда. Случаи происходят разные, даже я порой исправляю свои собственные ошибки. Например, пациентку не устраивает рубец. Или же я на осмотре через полгода с момента операции смотрю на рубец и вижу, что он мне не нравится, хочу его подкорректировать, а пациентка говорит: «Нет, всё хорошо, зачем что-то исправлять?».

Если говорить о работах других хирургов, то я воспринимаю их не как ошибку, а как отдельно взятую проблему, которую нужно решить.

Корр.: Что чаще всего хотят исправить в себе тюменцы?

Алексей Нуриев: Нередко приходят люди, которые борются с лишним весом, но самостоятельно у них не всегда получается и им нужна помощь пластического хирурга. Если говорить о популярности операций, то это абдоминопластика, липосакции и модное сегодня липоскульптурирование — создание «спортивного животика». Для этого мы моделируем кубики пресса, искусственные впадины там, где они должны быть. Операция очень востребованная, в рабочем графике — каждую неделю. Результат сохраняется навсегда, если пациентки выполнят рекомендации и не набирают лишний вес.

Корр.: Какого возраста ваши пациенты? 

Алексей Нуриев: Разного. Есть и молодые девушки, обращающиеся за пластикой груди. Есть и постарше, кто приходит на подтяжку лица — 40, 45 лет. Но лично я считаю, что лучшая операция — это несделанная операция. По этой причине отказываю молодым пациенткам, которые хотят увеличить грудь, но еще не рожали. Чем раньше делается операция, тем сложнее это будет потом корректировать.

Не делаю операцию и таким пациентам, у которых и так хорошие природные данные. Например, приходила ко мне девушка, очень красивая. У нее третий размер груди, она хотела пятый. А на самом деле девушка очень пропорционально сложена и ей ничего не надо в себе исправлять. Начал выспрашивать, оказывается, большая грудь нравится её мужчине. И хотя я говорил ей, что не нужно себя менять под кого-то и отказал ей, она всё-таки сделала маммопластику. Об этом я узнал через год, когда она снова пришла ко мне, плакала, что болит спина и шея, хотела удалить импланты.

Как видите, я не против пластики как таковой, но когда она объективно нужна. Например, исправить грудь после родов. Но если у человека хорошие природные данные, то не нужно делать ничего «сверх», это только всё испортит.

Корр.: А после операций нужно ли пациентам приходит к вам на осмотры?

Алексей Нуриев: Безусловно. Я своим говорю, что я их лечащий врач до тех пор, пока жив. Это мой принцип. Женщинам после увеличения груди, да и без него, в общем-то, нужно раз в год посещать маммолога, проходить МРТ. ТО, что сделана операция, не означает, что не нужно следить за своим здоровьем.

Корр.: Делаете операции мужчинам?

Алексей Нуриев: Каюсь, не люблю оперировать мужчин. Коллеги считают, что я неправильно поступаю, но вот такой у меня пунктик, не хочу делать операции мужчинам. Когда приходят на консультации, я нахожу причины, чтобы отказать.

Корр.: Есть у вас какие-то еще личные предпочтения в профессии?

Алексей Нуриев: Да, я не выполняю ринопластику и интимную пластику. Считаю, что коррекцию носа должны выполнять или ЛОР-врачи, или пластические хирурги, вышедшие из отоларингологов. С интимной пластикой тот же принцип — придерживаюсь позиции, что такие операции должны выполнять гинекологи.